Прямо сейчас на наших глазах происходит то, что давно должно было произойти: путинская Россия, проявив изрядное упорство, достойное лучшего применения, вывела, наконец, Южную Корею из себя.
Если по вопросу о российском вторжении в Украину южнокорейцам всё ещё удаётся делать вид, будто это их напрямую не касается, то вновь вспыхнувшая в последнее время пламенная страсть между Москвой и Пхеньяном уже никак не может оставить Сеул равнодушным.
Если не углубляться в историю, то началом нового обострения двусторонних отношений можно считать вето, наложенное 28 марта Россией на резолюцию Совета Безопасности ООН о продлении мандата специальной группы экспертов, которая следит за исполнением санкций против КНДР. В результате эта группа, сформированная пятнадцать лет назад, просуществует только до 30 апреля нынешнего года и дальше работать не сможет. Сами санкции против Пхеньяна от этого никуда не денутся, но выявлять их нарушителей теперь станет труднее.
Для Южной Кореи, чья собственная безопасность находится под прямой угрозой из-за северокорейских ядерных и ракетных разработок, вопрос о санкциях против Севера чрезвычайно важен. Поэтому неудивительно, что Сеул был возмущен действиями России в ООН. Южная Корея сейчас, между прочим, участвует в заседаниях Совета Безопасности на правах непостоянного члена. 28 марта, реагируя на российское вето, южнокорейский посол в ООН Хван Джунгук (황준국, на заглавном фото) сравнил действия РФ с поведением преступников, которые разбивают камеры наружного наблюдения, чтобы их труднее было поймать. Посол имел в виду тот факт, что Россия сама откровенно нарушает санкционный режим, закупая у Северной Кореи оружие, и, по всей видимости, не хочет, чтобы её схватили за руку.
По словам Хван Джунгука, российское вето стало новым ударом по авторитету Совета Безопасности и режиму нераспространения оружия массового поражения.
“Постоянный член Совета Безопасности и депозитарий Договора о нераспространении полностью отказался от исполнения своих обязанностей”, — отметил южнокорейский посол, имея в виду Россию.
МИД Южной Кореи тоже высказал глубокое сожаление по поводу действий Москвы, назвав их безответственными.
“Экспертная группа выполняла свою роль в наблюдении за КНДР, которая… продолжала нарушать санкции путём разного рода незаконной деятельности, включая ядерные и ракетные провокации, экспорт оружия и рабочей силы, кибератаки и военное сотрудничество с Российской Федерацией, и укрепила свой ядерный и ракетный потенциал”, — заявили в южнокорейском внешнеполитическом ведомстве.
Недолго погоревав по поводу ликвидации группы экспертов ООН, Южная Корея решила следить за исполнением санкций против Пхеньяна собственными силами, а также в сотрудничестве с США и другими странами. И результаты не заставили себя долго ждать.
2 апреля южнокорейское правительство объявило о введении собственных санкций против российских судов, компаний и частных лиц, причастных к поставкам вооружений из Северной Кореи в РФ в нарушение резолюций Совета Безопасности ООН. Причём это был первый в истории случай введения Сеулом односторонних санкций, направленных исключительно против россиян.
Под южнокорейские санкции попали российские суда Lady R и Angara, с помощью которых в прошлом году доставлялись вооружения из Северной Кореи в РФ. В очередном докладе, опубликованном в марте той самой группой экспертов ООН, которая вот-вот будет распущена, со ссылкой на спутниковые данные говорилось, что Angara неоднократно совершала рейсы между северокорейским портом Раджин и Владивостоком. Контейнеры с оружием, которые она возила, далее отправлялись на оккупированные территории Украины.
Санкции введены также против двух российских компании и их руководителей. Это ООО “Интеллект” и ООО “Содействие” во главе, соответственно, с Сергеем Козловым и Александром Панфиловым. “Интеллект” помогал оформлять документы северокорейским рабочим в России, а “Содействие” занималось завозом этих рабочих. Таким образом, эти две компании в нарушение резолюций Совбеза помогали Пхеньяну зарабатывать иностранную валюту.
Попавшим под южнокорейские санкции морским судам теперь фактически закрыт вход в местные порты, а что касается юридических лиц и компаний, то южнокорейцам запрещено совершать с ними какие-либо сделки.
На следующий день, 3 апреля, Южная Корея сообщила о задержании судна De Yi без флага приписки, шедшего из северокорейского порта Нампхо во Владивосток через Китай. Само задержание состоялось 30 марта. Резолюция Совбеза ООН № 2397, принятая в 2017 году, позволяет странам задерживать в своих территориальных водах любые суда по подозрению в нарушении торговых санкций против Севера. На борту De Yi находится китайско-индонезийский команда, которая отказалась открывать грузовой отсек и показывать, что они там везут. Власти разбираются.
В тот же день российский МИД в лице Марии Захаровой отреагировал на южнокорейские санкции против россиян, выразив “глубокое сожаление” в связи с “недружественным” шагом Сеула. «Введение нелегитимных санкций будет иметь негативные последствия для отношений с Россией», — сказала Захарова, пообещав принять ответные меры.
Захарова также имела наглость заявить, что сотрудничество России с КНДР не противоречит международному праву и что Москва якобы привержена выполнению резолюций Совбеза ООН.
4 апреля Захаровой ответил её коллега — пресс-секретарь южнокорейского МИДа Им Сусок. Смысл его ответа состоял в том, что хотя Южная Корея будет принимать строгие меры против незаконного российско-северокорейского сотрудничества, она прилагает усилия к тому, чтобы иметь с Россией ровные отношения. Им Сусок призвал и Москву тоже внести свой вклад в урегулирование двусторонних отношений. Он подчеркнул, что сотрудничество между Россией и Северной Кореей должно основываться на нормах международного права и резолюциях Совета Безопасности ООН и не должно наносить ущерба безопасности Южной Кореи.
Двусторонний “диалог” продолжился 5 апреля, когда южнокорейский посол в Москве Ли Дохун был вызван в МИД РФ, где ему заявили, что “введение правительством Республики Корея односторонних санкций в отношении российских физических и юридических лиц Россия рассматривает как очередной недружественный шаг”.
Обвинения в незаконном сотрудничестве с КНДР российский МИД назвал “голословными”, а санкции — “контрпродуктивными мерами, провоцирующими усиление напряженности на Корейском полуострове и в конечном итоге угрожающими безопасности уже самой Кореи”.
Иначе говоря, Москва выступила с прямыми угрозами в адрес Сеула, потому что кто ещё, кроме России, может усилить напряженность на Корейском полуострове и угрожать безопасности самой Южной Кореи в ответ на санкции против двух российских ООО и пары российских же судов?
В заверешение добавлю ещё, что южнокорейский заложник, удерживаемый Россией, скоро впервые повстречается с работниками консульства. Речь идёт о некоем г-не Пэке, христианском миссионере, который в последние годы жил в России и, по всей видимости, помогал северокорейским рабочим и беженцам на российском Дальнем Востоке. Его задержали в Приморье в январе нынешнего года, обвинив в шпионаже, а затем переправили в Москву, в СИЗО Лефортово, где он сейчас и находится. Три месяца российские власти не пускали к нему сотрудников консульства, но 4 апреля известили корейское посольство, что теперь такой визит возможен. Предполагается, что дипломаты встретятся с Пэком в начале следующей недели.
Кстати, вы можете следить за важнейшими корейскими новостями, подписавшись на мой канал в Телеграме, Фейсбуке, Твиттере или Инстаграме.
Может это сподвигнет на более существенную помощь Украине???
Ну, будем надеяться. 🤞