В Корее объявлены лауреаты премии “Синий дракон”

“Синий дракон” (청룡영화상) — это одна из двух или трёх самых популярных кинопремий в Южной Корее. Её отличие от других заключается в том, что она более демократична, так как учитывает мнение не только специалистов в области кино, но и рядового зрителя. Достигается это весьма нехитрым способом: чтобы получить “Синего дракона” картина должна быть не только высокохудожественной, но и коммерчески успешной, хотя бывают и исключения.

Организатором премии в её нынешнем виде, в каком она существует с 1990 года, выступает газета “Сыпхочхы Чосон” (“Спортивная Корея”), которая вопреки своему названию представляет собой развлекательное СМИ, в котором спорт — лишь одна из рубрик, а самое больше внимание уделяется событиям из жизни разного рода знаменитостей, в том числе из мира шоу-бизнеса, включая кинематограф.   

29 ноября в концертном зале телерадиокомпании “Кей-Би-Эс” состоялась очередная церемония вручения позолоченных статуэток, изображающих некую богиню, которая держит в руках медаль с головой синего китайского дракона Цин Луна.

Главные награды достались заведомым фаворитам и лидерам проката двух последних лет — “Эксгумации” (2024) и “Сеульской весне” (2023). У первой из этих картин было 12 номинаций, а у второй — 10. Правда, призов они в итоге получили всего 4 и 3, так как сильные конкуренты у них тоже имелись.

Лучшим фильмом за минувший с прошлой церемонии год была признана “Сеульская весна”, снятая по мотивам исторического события — военного переворота, совершенного 12 декабря 1979 года генералом Чон Духваном. Хотя по большому счёту картина следовала историческим фактам, в отдельных её деталях было немало вымысла, поэтому авторы изменили имена действующих лиц, так что Чон Духван, например, превратился в Чон Дугвана, а Но Тхэу (более известный в русскоязычном мире как Ро Дэ У) — в Но Тхэгона. Подозреваю, что кинематографисты таким образом также подстраховались на случай судебных исков о защите репутации со стороны реальных деятелей, выведенных в картине нелицеприятно. 

“Сеульская весна” пользовалась бешеной популярностью у публики и занимает сейчас 4-е место по кассовым сборам среди всех корейских фильмов, существующих в природе.

“Синего дракона” за лучшую мужскую роль получил известный актёр Хван Джонмин, сыгравший роль Чон Дугвана. У него это уже пятая драконья статуэтка в карьере, но всё равно принимал он её со слезами на глазах, что как бы намекает на исключительную значимость этой награды в глазах деятелей корейского кино. 

Мистический ужастик “Эксгумация”, пропитанный живительным духом корейской шаманской традиции, не сильно отстал от “Сеульской весны” по зрительскому успеху и занимает сейчас 6-е место по кассовым сборам за всю историю отечественного кинематографа. “Синего дракона” получили режиссёр этого фильма Чан Джэхён и исполнительница главной женской роли Ким Гоын (на заглавном фото). 

Награду за  лучшую мужскую роль второго плана получил Чон Хэин, сыгравший в фильме “Ветеран-2”, где он изображает молодого следователя, который в компании со своим старшим товарищем идёт по следам серийного убийцы. 

В аналогичной женской номинации победила Ли Санхи — за роль в картине “Ро Гиван” (My Name Is Loh Kiwan), снятой на “Нетфликсе” и рассказывающей вымышленную историю о беженце из Северной Кореи, который волею судьбы оказался в далёкой Бельгии.  

Наконец, с особым удовольствием хочу отметить две награды, полученные фильмом “Любовь в большом городе”, премьера которого состоялась совсем недавно — 13 сентября на кинофестивале в Торонто, а в корейских кинотеатрах его показывали с 1 октября. Согласно краткому описанию сюжета из рекламных буклетов, картина повествует о Чэхи — “свободолюбивой девушке с дерзким, привлекающим взгляды стилем, которой нет дела до мнения окружающих. Однако всё меняется, когда её судьба пересекается с Хынсу. Вскоре Чэхи узнаёт секрет, который Хынсу отчаянно пытается скрыть”. Молодые люди живут вместе и все думают, будто они пара, отказываясь верить, что они всего лишь друзья, занятые поисками настоящей любви в большом городе.  

Но Санхён получил “дракона” в номинации “Лучший новичок” за роль Хынсу, от которой у всяких мизулиных просто обязан случиться приступ падучей, а у Следственного комитета где-то в волосах наверняка заведётся дело об экстремизме.

Вторая золочёная статуэтка за работу в “Любви в большом городе” досталась исполнителю хип-хопа и продюсеру Чхве Донхуну, более широко известному в Корее по артистическому псевдониму Праймери. Его наградили за музыкальное сопровождение к нашему “экстремистскому” фильму. 

Интересно, а как вы оцениваете выбор корейского жюри и публики? Сам-то я пока ещё ни одного из перечисленных выше фильмов не смотрел. Не до кино мне было в последнее время. Поэтому буду рад, если вы поделитесь впечатлениями и рекомендациями, что посмотреть в первую очередь.

Кстати, вы можете следить за важнейшими корейскими новостями, подписавшись на мой канал в Телеграме,  Твиттере  или  Инстаграме.

ПРИМЕЧАНИЕ по поводу названия премии “Синий дракон” — а то опять возникнут ненужные споры. В интернетах можно найти и “голубого” дракона, и “лазурного”, и “лазоревого”, и “сине-зелёного”… А как же правильно, спросите вы? Правильно будет 청 (чхонъ). Этим словом обозначается весь спектр цветов от зелёного до синего, а не какие-то там отдельные оттенки, будь то голубой или лазурный. Так бывает. Например, некоторые люди, особенно те, которые красят губы, наверняка скажут вам, что только слепой не может отличить алого от малинового или вишнёвого от рубинового. А для меня, например, который губы не красит, всё это оттенки одного цвета — красного, и хотя мне в принципе видна разница между сангрией и мерло, если меня в них ткнуть носом, но я даже слов таких не знаю, честно говоря. И знать не хочу. Поэтому не пудрите мне мозги — и то, и другое, и третье я называл, называю и буду называть красным. Точно так же древним китайцам и примкнувшим к ним корейцам с вьетнамцами все оттенки в интервале от зелёного до синего включительно казались в сущности одним цветом, и для его обозначения они использовали иероглиф 青, который по-корейски читается как 청 (чхонъ). Естественно, это создаёт дурацкие проблемы для переводчиков с корейского на русский и прочие языки. Но что поделать? Кому сейчас легко…