Судя по комментариям под моими постами, некоторая часть русскоязычной общественности в Корее крайне обеспокоена ослаблением южнокорейской воны и напряжённо пытается понять, что происходит и что будет дальше. И вот только что появилась новость, которая на первый взгляд не имеет прямого отношения к колебаниям курса, но, как мне кажется, поможет отчасти разобраться в происходящем. Главные выводы из неё: 1) могло быть и хуже; 2) не вы одни обеспокоены; те, кому по долгу службы положено, занимаются решением этой проблемы.
Как сообщило 3 июля агентство Йонхап со ссылкой на Банк Кореи (한국은행), валютные резервы страны в июне выросли, “несмотря на усилия властей по сглаживанию колебаний обменного курса”.
Перевод этой фразы на русский: Центробанк в прошлом месяце транжирил резервы, чтобы поддержать вону, но приток валюты в его закрома оказался настолько большим, что компенсировал растранжиренное — и даже с некоторым избытком.
По состоянию на конец июня валютные резервы страны достигли 427,36 млрд долларов США, что на 370 млн долларов больше, чем месяцем ранее. При этом в мае наблюдалось снижение резервов на 880 млн долларов.
“В конце квартала, полугодия и года обычно проявляется сезонный фактор: банки размещают в Банке Кореи крупные валютные депозиты, чтобы улучшить свои финансовые показатели. На сей раз именно этот фактор был определяющим”, — пояснил представитель Центробанка.
Итого: если бы не указанный сезонный фактор, стало бы ещё очевиднее, что Банк Кореи активно тормозит падение воны.
Среди июньских мер по стабилизации рынка прямо указывается на валютные свопы Центробанка с Национальным пенсионным фондом. Дело тут в том, что НПФ постоянно занимается крупными инвестициями за рубежом. Для этого ему нужны доллары. Раньше фонд имел моду регулярно скупать в этих целях безумное количество долларов на рынке, помогая обрушать курс воны. В конце концов ему указали, что так делать нехорошо, и было принято решение: когда “пенсионерам” вновь понадобится валюта, её им в обмен на воны выдаст Центробанк, то есть обмен (точнее, своп — обмен с обязательством как-нибудь потом вернуть доллары Центробанку, обратно поменяв их на воны) пройдёт в обход валютного рынка. Ибо сколько можно уже.
Среди мер “по сглаживанию колебаний обменного курса”, о которых в нынешних сообщениях скромно умалчивается, явно должны быть и прямые валютные интервенции, то есть продажи долларов Центробанком на валютном рынке, чтобы поддержать курс воны. Данные о своих валютных интервенциях Банк Кореи публикует поквартально и с большой задержкой. Информацию об объёме интервенций во втором квартале (апрель — июнь) мы узнаем только 30 сентября. Известно, что в первом квартале превышение продаж над покупками Центробанком валюты на рынке составило 13,6 млрд долларов, а в четвёртом квартале прошлого года — около 22,5 млрд долларов. Поэтому можно с большой уверенностью предположить, что в апреле—июне вливание долларов на валютный рынок продолжилось.
Между тем на протяжении всего июня курс корейской воны держался значительно выше психологически важной отметки в 1 500 вон за доллар США. Основной причиной считается распродажа сильно подорожавших акций корейских компаний иностранными инвесторами. Инвесторы продают акции за воны, а затем обменивают их на доллары, что повышает спрос на “зелёные”, и в результате доллар в Корее укрепляется. А вона ослабевает.
В последний день июня курс доллара поднялся до 1 549,4 воны, что стало самым высоким показателем с 6 марта 2009 года. На данный момент, вечер 3 июля, за доллар дают 1531 вону.
Внимание! Вы можете поддержать проект “Новости Южной Кореи”, купив мне чашечку кофе (кликните на ссылку). Альтернативный способ — послать немного денег на мой банковский счёт: Hana Bank (하나은행), 620-216270-071, Shtefan Evgeny. Огромное спасибо заранее!
Кстати, вы можете следить за важнейшими корейскими новостями, подписавшись на мой канал в Телеграме, Фейсбуке, Твиттере, Инстаграме или Какао.
