Ряд общественных организаций Южной Кореи выражают беспокойство в связи с тем, что украинские военные показывают лица пленных северокорейских солдат и публикуют информацию, полученную в ходе их допросов. Высказываются опасения, что в результате этого власти Севера могут подвергнуть наказанию как самих солдат, так и их родственников. Говорят также, что раскрытие Украиной личностей северян не соответствует духу Женевских конвенций, которые обязывают защищать права военнопленных.
23 января несколько южнокорейских правозащитных организаций, занимающихся проблемой нарушения прав человека в Северной Корее, направили открытое письмо президенту Украины Владимиру Зеленскому с просьбой не раскрывать личностей пленников. Среди девяти подписавших письмо организаций Гражданская коалиция за права человека в Северной Корее (북한인권시민연합), организация по защите прав северокорейских беженцев “Мульманчхо” (물망초, “Незабудка”) и Рабочая группа по правосудию в переходный период (전환기정의워킹그룹).
Как подчёркивают активисты, они не считают, что Украина действует по злому умыслу, чтобы специально запугать или унизить захваченных северокорейских солдат, но всё же раскрытие информации о пленных, включая демонстрацию их лиц, обнародование личных данных и публикацию их допросов, даже если и не нарушает букву Женевских конвенций, то не соответствует их гуманитарному духу.
Так, в Статье 13 Женевской конвенции от 12 августа 1949 года об обращении с военнопленными говорится, что военнопленные должны всегда пользоваться защитой, в особенности от всяких актов насилия или запугивания, от оскорблений и любопытства толпы. Соответственно, военнопленных не следовало бы выставлять напоказ.
Юрист Рабочей группы по правосудию переходного периода Син Хисок (신희석) в интервью газете “Сеге ильбо” обратил внимание на ещё одну серьёзную проблему: “Если мы раскрываем информацию о военнопленных, возникает вопрос, станут ли северокорейские солдаты в будущем сдаваться в плен и давать показания”.
В своём письме правозащитные организации призвали также не возвращать северокорейских военнопленных против их воли в Россию или Северную Корею, так как “существует высокая вероятность того, что сдавшиеся солдаты и их родственники могут подвергнуться жестокому обращению как предатели”.
Нынешняя президентская администрация Южной Кореи в принципе в курсе всех этих проблем и в целом уделяет повышенное внимание ситуации с правами человека на Севере, но прямо сейчас ей, судя по всему, не до того, у неё импичменты, мятежи и суды, поэтому внятной позиции и конкретных мер реагирования на происходящее с пленными северянами на правительственном уровне пока не выработано.
По словам Син Хисока, лучше всего, если бы этими вопросами занимался лично президент, “но он, к сожалению, отсутствует”. Син призвал тех, кто отвечает за вопросы внешней политики и безопасности, включая и. о. президента Чхве Санмока (최상목) и главу МИДа Чо Тхэёля (조태열), всё-таки высказать свою позицию по проблеме репатриации северокорейских пленных и раскрытия их личных данных украинской стороной.
Президент Украины Владимир Зеленский ранее заявлял, что готов обменять захваченных северокорейцев на пленных украинцев. С другой стороны, по его же словам, при определённых условиях северяне имеют шанс остаться в Украине. “В частности, те из корейцев, кто изъявит желание способствовать установлению мира, распространяя правду об этой войне на корейском языке, получат такую возможность”, — сообщил украинский президент.
Внимание! Вы можете поддержать проект “Новости Южной Кореи”, купив мне чашечку кофе. Или три чашечки. Или даже пять. Да-да, я начинаю кампанию по сбору донатов. Если она пойдёт хорошо, я смогу, наконец, осуществить мечту всей своей жизни: ни о чём не беспокоясь, целыми днями только тем и заниматься, что писать для вас новости и заметки о Корее. Подробности читайте тут. Альтернативный способ — послать немного денег на мой банковский счёт: Hana Bank (하나은행), 620-216270-071, Shtefan Evgeny. Огромное спасибо заранее!
Кстати, вы можете следить за важнейшими корейскими новостями, подписавшись на мой канал в Телеграме, Твиттере или Инстаграме.
