15 января случилось интересное событие: впервые в истории Южной Кореи был арестован действующий президент страны — Юн Соннёль. Он, правда, за месяц до этого был подвергнут импичменту Национальным собранием и поэтому был временно отстранён от исполнения служебных обязанностей до окончательного решения своей судьбы Конституционным судом, но тем не менее он до сих пор законный глава южнокорейского государства.
Юн обвиняется в организации мятежа в ночь с 3 на 4 декабря прошлого года, и от обвинений в мятеже юридического иммунитета у него нет, поэтому уголовное преследование и арест и стали возможны. Вместе с тем процедура привлечения президента к уголовной ответственности не прописана должным образом в законодательстве, поэтому была опасность, что Служба охраны президента сможет воспрепятствовать аресту. Так было, например, во время первой попытки арестовать Юна, состоявшейся 3 января. Тогда прокуроры Управления по расследованию преступлений высокопоставленных должностных лиц, имевшие на руках официальный судебный ордер на арест президента, не смогли добраться до Юн Соннёля в его резиденции в столичном районе Ханнам-дон, так как Служба охраны физически препятствовала аресту.
Вторую попытку Управление предприняло 15 января. Около 40 его сотрудников вместе с мощным отрядом полиции, насчитывавшим порядка 1200 человек, прибыли к резиденции в Ханнам-доне ещё затемно, около полпятого утра. Там их “приветствовали” несколько тысяч сторонников президента и пара десятков депутатов парламента от “правящей” (то бишь президентской) партии “Сила народа”, собравшихся у ворот резиденции в наивной попытке помешать аресту Юна. Немногочисленные по местным меркам протестующие были без особого труда и членовредительства оттеснены полицией: она готовилась к этому заранее. Число полицейских тоже измерялось тысячами, и это не считая тех 1200, которые прибыли специально для осуществления ареста.
Около 5:50 утра сотрудники Управления по расследованию преступлений высокопоставленных должностных лиц и полиция предприняли первую попытку войти на территорию резиденции через главные ворота, предупредив при этом, что могут начать арестовывать тех, кто препятствует им в исполнении ордера на арест. Путь им преграждали несколько десятков охранников и баррикада из шести автобусов.
Тогда же примерно появилось сообщение, что полиция пытается добраться до резиденции Юна обходным путём через гору Мэбонсан (매봉산, кстати, рекомендую: я на ней много раз бывал, оттуда открываются классные виды на Сеул и реку Ханган).
Около 7:33 полицейские, наконец, проникли на территорию резиденции (см. заглавное фото), перебравшись через баррикаду у ворот по лестнице. Охрана сопротивления не оказала. Точно так же, без ожидавшейся стрельбы с погонями и драками, полиция преодолела два других “рубежа обороны” резиденции — ещё одну баррикаду из автобусов и охраняемый КПП с железными воротами. Около 8:10 утра полицейские вошли в здание КПП, в 8:22 ворота были открыты, и машины с прокурорами Управления проехали внутрь.
Затем последовала драматическая пауза, во время которой сообщалось об аресте исполняющего обязанности начальника Службы охраны президента Ким Сонхуна (на него тоже был выписан ордер), а также о том, что адвокаты Юна пытались вести переговоры о его добровольной явке в Управление. Прокуроры, однако, не желали никаких добровольных явок и занялись организацией ареста.
Потом я уснул, и, пока я спал, примерно в 10:33 Юна арестовали. Так я проспал исторический момент. Ну и ладно.
Ещё раньше, где-то в полдесятого появилось сообщение, что усилия руководства Службы охраны по противодействию исполнению ордера на арест потерпели неудачу. Главная причина: рядовые сотрудники саботировали приказы начальства, вели себя пассивно и не мешали прокурорам. Они знали, что их могут арестовать, если они станут препятствовать аресту Юна.
Перед арестом Юн записал видео, в котором заявил, что “решил явиться на допрос”, чтобы избежать кровопролития. При этом он назвал расследование “незаконным”.
Надо, наверное, пояснить, что на самом деле Юн ни разу не являлся на допрос сам, хотя его неоднократно вызывали. И в этот раз он тоже не “явился”, а его туда отвезли, не спрашивая его согласия. Это так, на всякий случай пояснение, призванное показать, что этот человек в последнее время постоянно несёт какую-то чушь, которую уже давно нет сил ни слушать, ни цитировать.
Вскоре после ареста кортеж автомобилей с Юном покинул территорию резиденции президента и направился в офис Управления по расследованию преступлений высокопоставленных должностных лиц в столичном пригороде Квачхоне.
Юна видели выходящим из автомобиля и входящим в офис для допроса. Следователи планируют в течение 48 часов запросить ордер на его судебное задержание.
Главное обвинение против Юна связано с тем, что он, объявив военное положение в ночь с 3 на 4 декабря, отправил войска в Национальное собрание, чтобы — в нарушение Конституции и законов — помешать депутатам воспользоваться их правом отменить военное положение. Некоторые люди, кажется, не вполне понимают этого, но важно уточнить: президент был в принципе в своём праве, когда объявлял военное положение. Однако после этого он обязан был созвать парламент, чтобы тот утвердил его указ. Юн же поступил ровно наоборот, попытавшись разогнать законно избранный орган государственной власти. Войска также были посланы в ЦИК для не менее незаконного ареста его сотрудников и изъятия серверов. Наконец, Юн приказал военным арестовать ряд видных политиков и других общественных деятелей, вся вина которых заключалась в том, что они в прошлом имели дерзость критиковать главу государства. Всё это — а не введение военного положения — и лежит в основе обвинений в мятеже.
На заглавном фото: полицейские, перебравшись через баррикаду из автобусов, входят на территорию резиденции Юн Соннёля в Ханнам-доне
Внимание! Вы можете поддержать проект «Новости Южной Кореи», купив мне чашечку кофе. Или три чашечки. Или даже пять. Да-да, я начинаю кампанию по сбору донатов. Если она пойдёт хорошо, я смогу, наконец, осуществить мечту всей своей жизни: ни о чём не беспокоясь, целыми днями только тем и заниматься, что писать для вас новости и заметки о Корее. Подробности читайте тут. Альтернативный способ — послать немного денег на мой банковский счёт: Hana Bank (하나은행), 620-216270-071, Shtefan Evgeny. Огромное спасибо заранее!
Кстати, вы можете следить за важнейшими корейскими новостями, подписавшись на мой канал в Телеграме, Твиттере или Инстаграме.
