4 сентября южнокорейский Минздрав утвердил проект реформы пенсионной системы. Он основывается на предложениях, которые в общих чертах были озвучены президентом страны Юн Соннёлем 29 августа.
С одной стороны, проект предусматривает повышение пенсионных взносов с 9 до 13 процентов, и это, безусловно, многих опечалит. С другой стороны, сами пенсии тоже предлагается несколько повысить, что, конечно, хорошо.
С третьей стороны — и на этом я хотел бы сразу подробнее остановиться, планируется внедрение так называемого «автоматического корректирующего механизма», который будет сам по себе, без утомительных общественных дискуссий регулировать размер пенсий в зависимости от нескольких объективных показателей, включая, например, среднюю продолжительность жизни. Цель автоматической корректировки — сделать так, чтобы денег, накопленных в государственном пенсионном фонде, хватило на возможно более долгий срок.
Один из главных доводов в пользу внедрения “автоматического механизма” состоит в том, что в таком случае отпадёт нужда устраивать парламентские прения и вносить поправки в законы всякий раз, когда финансовая ситуация в стране и в пенсионном фонде потребует изменения размеров пенсий в ту или иную сторону.
Как известно, споры южнокорейских парламентариев по тем или иным проблемам могут тянуться годами и даже десятилетиями — и ни к чему не приводить. Вспомним хотя бы законопроект о запрете дискриминации. Точнее, вспомним все одиннадцать законопроектов о запрете дискриминации, если уж браться вспоминать. Первый из них был внесён на рассмотрение парламента ещё в 2006 году, но одобрен не был. Та же участь постигла и последующие десять. Казалось бы, о чём вообще можно спорить, если речь идёт о таком безусловно отвратительном явлении, как дискриминация? Расовая дискриминация — это ведь плохо, да? Ну, да. А дискриминация женщин? Все же согласны, что она недопустима, верно? Ну, как сказать… Некоторые опасаются кошмарных ужасов феминизма, но большинство, кажется, согласно, ага.
Чудесно! А как насчёт сексуальных меньшинств?
И вот тут-то и открывается портал в АдЪ и Израиль, в результате чего за 18 лет споров и разговоров дело так и не сдвинулось с мёртвой точки.
Примерно столько же времени идут в парламенте и дебаты о необходимости дать президентам шанс избираться на второй срок. Сейчас у главы государства такой возможности нет: отработал(а) пять лет, и давай, до свидания. Причём кого ни спроси, решительно все вам скажут, что два срока было бы разумнее. Но стоит только кому-нибудь поднять этот вопрос в парламенте, как противоположная сторона немедленно начинает подозревать, что что-то тут неладно, что за этим стоят злые силы и коварные расчёты. И выступает против. На всякий случай. А то мало ли.
И подобных примеров много.
Всё это печально, но, с другой стороны, именно это-то и называется демократией. Да, приходится долго обсуждать, договариваться, учитывать интересы разных сторон. Да, трудно. А как ещё? Вы что, хотите как в Париже как в Госдуре РФ и Верховном народном собрании КНДР? Чтобы фейковые «народные избранники» штамповали свои одобрямсы на любую мерзость, которую спускает им сверху их безумный Хозяин?
Уверен, что если задать этот вопрос нынешнему президенту Южной Кореи и членам его Кабинета, то они в один голос заявят, что ничего такого в виду не имеют и что за свободу и демократию они сами кого угодно своими руками порвут на британский крест. Но по факту в нынешней непростой ситуации, когда парламент “захвачен” оппозицией, демократия и принцип разделения властей явно стоят Юн Соннёлю и его министрам поперёк горла. Не тех депутатов им народ в парламент выбрал, понимаешь! Имеют дерзость дискуссии разводить и гениальные идеи правительства не поддерживать! Заменить их “автоматическим механизмом”, да и вся недолга!
Звучит заманчиво, но, увы, такая замена тоже должна быть сначала одобрена теми же самыми “неправильными” депутатами, и, как нетрудно догадаться, вряд ли они согласятся уступить свои священные конституционные полномочия какому-то мутному “автоматическому механизму”. Особенно если об этом просит ненавистный Юн Соннёль, который ещё за сумочку “Диор” не ответил, среди прочего.
Этот мой несколько затянувшийся (простите) комментарий призван заранее снизить ваши ожидания насчёт скорых перемен в корейской пенсионной политике. Можно с большой уверенностью предсказать, что, в предложенном виде правительственный план одобрен не будет. Не исключено также, что он вообще не будет одобрен ни в каком виде и что всерьёз за проблему предполагаемого неизбежного исчерпания государственного пенсионного фонда власти возьмутся только при следующих президентских администрациях и при другом составе парламента. Например, когда и президент, и большинство парламентариев будут из одного политического лагеря, а не из противоположных, как сейчас.
И всё же сам факт вынесения проекта пенсионной реформы на обсуждение — уже примечательное событие. Размер пенсионных взносов в Корее, например, не менялся уже 27 лет, а тут вдруг их предлагают повысить, причём в полтора раза. Есть о чём подискутировать.
Если говорить о правительственном проекте подробнее, то, прежде всего, надо сказать, что в нём предлагается повышать страховые взносы не сразу, а постепенно, причём с разной скоростью в разных возрастных группах. Согласно проекту, начиная с 2025 года, у тех граждан, кому на тот момент исполнится 50—59 лет (1966—1975 годы рождения), темп рост взносов с нынешних 9 процентов до запланированных 13 процентов составит 1 процент в год. То есть весь процесс выхода на новый уровень взносов займёт 4 года. У людей в возрасте от 40 до 49 лет (1976—1985 гг. рождения) рост взносов будет вдвое медленнее — по 0,5 процента в год, и целевой отметки 13 процентов они, соответственно, достигнут через 8 лет. У тех, кому 30—39 лет (1986—1995 гг. рождения), взносы будут увеличиваться на 0,33 процента в год, а у самых молодых (20—29 лет, 1996—2007 гг. рождения) — на 0,25 процента. Такими разнообразными темпами пенсионные взносы всех и каждого в Корее достигнут плановых 13 процентов к 2040 году.
Чтобы граждане очень уж сильно не расстраивались в связи с тем, что у них дополнительно отнимут 4 процента честно заработанных денег, им обещано некоторое увеличение пенсий. По существующему ныне графику, так называемый коэффициент замещения дохода должен был снизиться к 2028 году до 40%. Другими словами, с 2028 года люди получали бы в виде пенсии в среднем 40 % от своей средней ежемесячной зарплаты. Согласно же новому проекту, коэффициент замещения дохода больше не будет снижаться, а навсегда останется на нынешнем уровне 42 %. Соответственно, пенсии впредь будут чуть больше, чем они были бы по прежним правилам.
Интересно, что когда система государственных пенсий в Корее только вводилась, а это случилось в 1988 году, коэффициент замещения был щедро определён на уровне 70 %. Но быстро выяснилось, что обеспечить такой размер пенсий при установленном уровне пенсионных взносов, да ещё и в условиях быстрого падения рождаемости и старения населения, попросту невозможно. Поэтому в 2008 году коэффициент замещения скукожился до 50 %, а затем планомерно снижался по 0,5 % в год с уже упомянутой конечной целью 40 % к 2028 году.
Обещает новый правительственный проект и кое-какие другие “плюшки”. Например, сейчас существует практика при для расчёте трудового стажа включать в него время, потраченное на уход за ребёнком. Однако, такая льгота положена только тем, у кого как минимум два ребёнка. По новому же проекту правительства получить эту льготу можно будет уже с первого ребёнка.
Ещё один пример: солдатам-призывникам сейчас записывают в трудовой стаж 6 месяцев службы в армии, а новый проект предлагает включать в стаж весь срок службы.
Наконец, базовую пенсию, которая выплачивается малоимущим старикам независимо от их стажа и от того, платили ли они вообще пенсионные взносы, планируется повысить с 335 тысяч до 400 тысяч вон (в среднем). Это, кстати, было в числе предвыборных обещаний президента Юн Соннёля.
Главная цель всех этих махинаций — как можно дальше отодвинуть дату, когда, согласно расчётам, в пенсионном фонде не останется денег. При нынешних параметрах пенсионной системы предполагается, что это произойдёт в 2055 году. По новому же проекту и с новыми параметрами деньги кончатся в 2077 году. Разница, согласитесь, существенная. Если же будет введён в действие ещё и пресловутый “автоматический корректирующий механизм”, причём при условии, что это произойдёт достаточно рано, в 2036 году, когда сумма выплаченных пенсий, согласно расчётам, впервые превысит сумму поступлений от пенсионных взносов, год исчерпания пенсионного фонда сместится на 2088-й.
Ну что ж, посмотрим теперь, что ответит на эти предложения парламентская оппозиция. И ответит ли они что-нибудь вообще, ведь у неё так много других забот! Одна сумка “Диор”, например, чего стоит…
Отмолчаться, конечно, будет непросто, учитывая те хитрые плюшки в законопроекте, о которых говорилось выше. Отправит, допустим, оппозиция законопроект в полный игнор, а Юн Соннёль тогда может сказать тем же солдатам: смотрите, вам мог бы добавиться год стажа, но из-за мерзких краснопузых “демократов”, подлых агентов Пхеньяна, теперь не добавится ни шиша. Вот, мол, и думайте. И солдаты такие в ответ: у-у-у, вот гады эти ваши дерьмократы, проголосуем-ка теперь за правящую партию! А солдат в Южной Корее, между прочим, сотни тысяч. А если вместе с отслужившими считать, так и вовсе многие миллионы, и все до одного имеют право голоса. А мамочки? ChatGPT по моей просьбе приблизительно оценил численность всех мам в Корее, и у него получилось порядка 13—14 миллионов человек. И все они, опять-таки, потенциальные избиратели. Попробуй-ка их проигнорь!
В общем, будет интересно. Тем более что я здесь перечислил только часть всех кровавых подробностей нового законопроекта и его подводных камней, вокруг которых неизбежно столкнутся чьи-нибудь противоположные интересы. Недаром первые митинги протеста в Сеуле уже состоялись (фото ниже). И они явно были не последними.
Кстати, вы можете следить за важнейшими корейскими новостями, подписавшись на мой канал в Телеграме, Твиттере или Инстаграме.
Правительство Южной Кореи предложило план пенсионной реформы: 1 комментарий