Кто сидит в ручье Чхонгечхон?

В последнее время в нескольких местах в Сеуле можно было увидеть надувного мультяшного персонажа — розового, размером метра три-четыре, со смешными зубами и мелкими крылышками за спиной. Мне это чудо попалось на глаза на ручье Чхонгечхон, у самого его истока в центре города. Оно сидело прямо в воде и явно радовалось жизни. 

Честно скажу: я сам, даром что проживаю в корейское столице с конца прошлого тысячелетия, сначала не догадался, кто это. Сначала думал, что это очередное произведение современного искусства или чья-нибудь рекламная акция. 

Летом на Тондэмуне, например, около “инопланетной тарелки” DDP сидела еще более внушительного размера надувная панда и знаменовала собой 10-летний юбилей этого самого DDP. Непонятно только, почему для юбилея была выбрана панда. Учитывая национальность ныне покойной создательницы DDP и её любимые архитектурные формы, на этом месте гораздо органичнее смотрелся бы двугорбый верблюд. 

А про розовое чудо на Чхонгечхоне мне пришлось погуглить и узнать то, до чего я и сам мог бы догадаться, если бы не тормозил: конечно же, это был хэчхи (해치) — официальный талисман корейской столицы, только застилизованный по самое немогу до почти полной неузнаваемости.

Прообразом сеульского маскота был древнекитайский мифический зверь сечжи (xiezhi), который на корейский манер звался хэтхэ (해태). Сечжи и хэтхэ — это, как ни странно, одно и то же слово, состоящее в оригинале из одинаковых китайских иероглифов, только по-разному прочитанных. Как это обычно бывает, корейское чтение “хэтхэ” очень похоже на средневековое китайское, тогда как современное китайское чтение “сечжи” уже ни на что не похоже. 

При попытках узнать, кто такой вообще этот сечжи/хэтхэ, надо иметь в виду, что его никто никогда не видел, а значит каждый сказочник сочинял про него небылицы одна завиральнее другой, так что в итоге в разные времена, с точки зрения разных людей в разных странах сечжи/хэтхэ имел весьма разный внешний вид и повадки. И особого смысла подробно разбираться в этом нагромождении многовекового коллективного бреда нет.  

Но дабы не оставлять вас совсем без живительной порции новых бесполезных знаний, процитирую одну из крупнейших специалисток по Китаю, доктора филологических наук Марину Евгеньевну Кравцову. В своей книге «История искусства Китая» она пишет, что «китайские письменные памятники, особенно на мифологические темы, буквально насыщены названиями и описаниями всевозможных фантастико-зооморфных созданий, которые, по представлениям китайцев, населяли земное, подземное, небесное пространство и водоёмы». Рассмотрев их все, Марина Евгеньевна находит пять ключевых образов: существо называемое цилинь, дракон, феникс, белый тигр и сокровенный воин — “существо в виде симбиоза черепахи и змеи”. И далее она указывает на то, что есть ещё один зооморфно-фантастический персонаж, близкий по степени его символической значимости к упомянутым ключевым существам — это зверь сечжи, “существо, способное, по поверьям, распознавать правого и виноватого. Со временем он стал официально принятым символом правосудия, общей высокой нравственности чиновничества и правящего режима, и ранговым животным сановников-цензоров”.

“О сечжи упоминается еще в чжоуских текстах [это несколько веков до нашей эры — Е. Ш.], где он рисуется однорогим бараном, — продолжает Марина Кравцова. — Но затем его внешний облик неоднократно переосмыслялся. При династиях Тан и Сун он обычно изображался в виде льва с рогом посередине лба и мордой, опущенной вниз. В минскую и танскую [такое ощущение, что здесь описка; скорее всего, “в минскую и цинскую” — Е. Ш.] эпохи — в оленеподобном облике. Есть также его литературные описания и изображения в виде медведя, но с зелёной шерстью». 

Итого, должно быть понятно, что теперь уже никто не знает, каким сечжи/хэтхэ должен быть на самом деле. В Корее его обычно изображают как некую помесь большой кошки, вроде тигра, с плоскомордой собакой вроде бульдога. Но зато с чешуёй! 

Что важно: во-первых, в Корее сохранилось китайское представление о хэтхэ как символе правосудия и высоконравственного правления. Но, помимо этого, практичные корейцы, чтобы животное зря без дела не стояло, поручили ему народно-хозяйственную задачу: охранять постройки от пожаров. Потому что считалось, что хэтхэ питаются огнём. В старой Корее все вообще жилые постройки были деревянными и постоянно горели. Тут и сейчас-то время от времени что-нибудь да горит, как вы знаете по новостям, хоть вроде бы всё теперь бетонное, а тогда-то вообще ничего целым долго не стояло. Вот и приходилось ставить везде зверей-пожарных.  

Ну, а в 2008 году, когда мэром, между прочим, был тот же самый тип, что и сейчас, О Сехун, зверь хэтхэ, стилизованный для пущей милоты как хэчхи, был объявлен столичным маскотом. Никто, кажется, не возражал. Животное, может, и не самое симпатичное, но зато своё, родное. Ну, точнее, немножечко китайское, конечно, однако же с существенным местным колоритом — и по виду, и по смыслу.

Кстати, вы можете следить за важнейшими корейскими новостями, подписавшись на мой канал в Телеграме,  Твиттере  или  Инстаграме.