Южнокорейский суд отказался запрещать мемуары Ким Ирсена

Южная Корея — это страна, которая способна удивлять буквально каждый день, даже если вы прожили в ней четверть века, как я. Например, вряд ли кто-нибудь станет отрицать, что это одна из самых демократических стран мира. Так оно и есть. И именно поэтому вас может удивить действующий здесь Закон о национальной безопасности, сочинённый по лекалам самых гнусных авторитарных режимов: по этому закону вы можете загреметь в тюрьму, скажем, за поездку в Северную Корею без специального правительственного разрешения (точнее, в этом случае вы загремите в тюрьму просто автоматически) или за какой-нибудь твит, который будет расценён как прославляющий КНДР.  

Иногда говорят, что страны делятся на свободные, несвободные и «частично свободные». Есть, однако, подозрение, что выражение «частичная свобода» имеет примерно столько же смысла, сколько «частичная беременность». Если вы не можете ездить куда хотите, посещать интернет-сайты, которые вам интересны, писать и говорить что думаете и прославлять тех, кто вам нравится, даже если это какой-нибудь серийный убийца, вроде Ким Ирсена, то, значит, никакой свободы в вашей стране нет (да-да, и в вашей тоже). Иначе и тюрьму можно будет объявить пространством свободы. А что? Ведь в пределах вашей камеры вы вольны передвигаться как вам вздумается, не правда ли?

И тут у нас возникает одна из коллизий, которыми южнокорейская жизнь наполнена до краёв и которые как раз и порождают всякие нестыковки не только с предыдущим жизненным опытом иностранца, но и просто так, безотносительно иностранцев и их туземных обычаев. В нашем случае мы имеем нестыковку между исключительно либеральным законодательством в целом и крайне репрессивным Законом о национальной безопасности в частности. Попытки как-то состыковать нестыкуемое и впихнуть невпихуемое порождают ситуацию, когда, например, решения судов по тем или иным вопросам, связанным с Северной Кореей, бывает невозможно предсказать: они могут оказаться буквально любыми и зависеть от чего угодно, кроме разума и логики, потому что разума и логики в априори нелогичной ситуации существования Закона о нацбезопасности в как бы свободной стране просто нет.

В апреле этого года всю Корею удивили некто Ким Сынгюн (김승균) 82 лет от роду и его издательство «Минджок саранбан» (민족사랑방), которые додумались опубликовать на Юге восьмитомные мемуары Ким Ирсена «В водовороте века». Сей биографический труд, созданный коллективом северокорейских «литературных негров», имеет очень приблизительное отношение к реальной биографии его главного героя и здесь, в Южной Корее, в 2011 году был расценен судом как пропагандистская продукция, распространение которой может (хотя, вообще говоря, не обязано) повлечь за собой уголовную ответственность по Закону о нацбезопасности. И тем не менее мемуары были беспрепятственно набраны, отпечатаны и в апреле официально распространены по книжным магазинам Южной Кореи. В интернет-магазинах их продают за 280 тысяч вон (около 250 долларов).   

Южнокорейская общественность удивилась, правительство в лице Министерства объединения, занимающегося всем, что связано с КНДР, схватилось за голову и пообещало разобраться, а борцы с северокорейским тоталитарным режимом, которые у нас за свободу слова и всё такое прочее, обратились в суд, требуя запрета на продажу и распространение мемуаров покойного северокорейского вождя. Истцы, в частности, усматривали в продаже этих книг нарушение Закона о нацбезопасности. 

В такой ситуации все ожидали, что мемуары Ким Ирсена, конечно же, скоренько запретят, а деда-издателя, если и не посадят, то напугают до полусмерти, чтобы больше так не делал. Но, как уже говорилось, Корея — страна перманентно удивляющая всех, включая саму себя. 16 мая Суд сеульского западного округа (서울서부지방법원), рассмотрев иск общественных организаций о запрете мемуаров «В водовороте века», неожиданно оставил его без удовлетворения. Причина отказа была, в сущности, процедурная. Суд обратил внимание на то, что истцы не имели права обращаться за судебным запретом, потому что мемуары напрямую их не касаются и содержание книг никоим образом не нарушает права истцов. «Судя по всему, истцы хотят запретить это издание, поскольку оно принесёт вред согражданам, но они не могут ходатайствовать о запрете от имени других граждан», — говорится в решении суда.

Истцы немедленно обжаловали это решение. Они хотят теперь подать новое ходатайство от имени родственников людей, захваченных северянами в годы Корейской войны (1950—1953 гг.). Расчёт у них на то, что эти родственники напрямую пострадали от северокорейского режима. Непонятно, правда, при чём здесь режим и Корейская война, если мы говорим о книгах, изданных в Северной Корее в 1990-х годах и описывающих события до 1945 года. То есть неясно, каким образом родственники похищенных пострадали от мемуаров Ким Ирсена и почему у них больше шансов, что их иск будет принят к рассмотрению.

Впрочем, Корея — настолько удивительная страна, что никто даже и не удивится, если апелляционный суд примет прямо противоположное решение. Ну, а пока мемуары Ким Ирсена продолжают оставаться в свободной продаже как минимум в двух крупных интернет-магазинах Южной Кореи — Yes24 и Aladin.

Добавить комментарий