Южная Корея ратифицировала три международные конвенции о трудовых отношениях

20 апреля официально завершился процесс ратификации Южной Кореей трёх ключевых конвенций Международной организации труда (МОТ). Это Конвенция № 29 о принудительном или обязательном труде, Конвенция № 87 о свободе объединений и защите права объединяться в профсоюзы, а также Конвенция № 98 о применении принципов права на объединение в профсоюзы и на ведение коллективных переговоров. Таким образом, на данный момент Южная Корея ратифицировала семь из восьми основополагающих конвенций МОТ. Единственным пока не одобренным Кореей документом из этих восьми остаётся Конвенция № 105 об упразднении принудительного труда. 

Документы о ратификации конвенций были заверены 20 апреля в режиме видеосвязи. Свои подписи под ратификационными грамотами поставили министр труда Ли Джэгап (이재갑) и генеральный директор МОТ Гай Райдер (см. заглавное фото). 

* * *

Бывают события, которые влияют на нашу жизнь непосредственно и сразу. А бывают такие, чьё влияние потенциально велико, но становится заметно только с течением времени. Нынешняя ратификация Южной Кореей конвенций МОТ относится как раз к событиям второго типа. Одобрение конвенций, потребовавшее также поправок в трудовое законодательство страны, расширит права и возможности южнокорейских профсоюзов. И можете быть совершенно уверенными: профсоюзы немедленно воспользуются дополнительными правами, чтобы добиться новых уступок от работодателей, что в конечном итоге должно повлиять на благосостояние широкого круга граждан Южной Кореи, как, впрочем, и неграждан, то есть проживающих здесь иностранцев. Каким именно окажется это влияние — положительным или отрицательным, мы увидим позже, может быть, через годы и десятилетия, но до сих пор и в целом деятельность профсоюзов шла простым людям только на пользу. Вообще, профсоюзы в Корее — организации боевые, которые умеют добиваться своего, а у работодателей вызывают неслабый душевный трепет, не то что в некоторых странах, где объединения рабочих существуют только на бумаге. 

Международная организация труда была создана в 1919 году и функционировала сначала под эгидой Лиги Наций, а затем — ООН. Цель МОТ — регулирование трудовых отношений, защита прав трудящихся. Участники организации подписывают разного рода документы, которые могут представлять собой как благие пожелания, так и полноценные международные договоры, имеющие обязательную силу. К последним относится почти две сотни конвенций МОТ. Правда, далеко не все страны подписали каждую из этих конвенции, но МОТ таких строгих требований ни к кому и не выдвигает. Организация, однако, с особой тщательностью следит за соблюдением восьми фундаментальных конвенций, которые касаются свободы объединения в профсоюзы, ведение коллективных переговоров, запрета дискриминации в трудовых отношениях, а также принудительного и детского труда. 

Южная Корея до сих пор входила в позорный список стран, которые не ратифицировали несколько базовых конвенций МОТ. Ратификации препятствовало сопротивление местных деловых кругов, а также консервативных политиков. 

У МОТ нет возможности напрямую заставлять разные страны подписывать те или иные конвенции или даже соблюдать уже подписанные документы. Однако организация вправе привлекать общественное внимание к возникающим проблемам, после чего у нарушителей и уклонистов могут возникать вполне реальные трудности. Например, вопрос о неприсоединении Кореи к фундаментальным конвенциям МОТ возник в контексте её соглашения о беспошлинной торговле с Евросоюзом. В ЕС толсто намекнули Сеулу, что без ратификации им международных конвенций беспошлинная торговля будет невозможна. И дело тут, понятно, не в том, что добрый-предобрый ЕС так уж сильно заботится о положении бедных рабочих в Южной Корее, а в том только, что соблюдение конвенций, естественно, обходится европейским бизнесменам в копеечку, а корейские производители, ничего не соблюдающие, получают, соответственно, несправедливое конкурентное преимущество. Кому такое понравится? Никому. 

Прогресс в деле подписания Кореей конвенций МОТ стал возможен также благодаря решительной победе Демократической партии на прошлых парламентских выборах. «Демократы» традиционно придерживаются несколько более левой политической линии, чем их главные соперники из партии «Народная сила», и теперь, когда у них абсолютное большинство в парламенте, они, наконец, могут сделать всё, о чём давно мечтали, в том числе и в плане конвенций МОТ. 

Почему правящие круги не стали выносить на обсуждение вопрос о Конвенции № 105, посвящённой упразднению принудительного труда, тоже понятно. Её ратификация потребует изменений в Закон о национальной безопасности, направленный на борьбу с Северной Кореей и её агентами на Юге. Закон предписывает принудительный труд в качестве наказания за просеверокорейские политические взгляды, тогда как Конвенция № 105 запрещает наказывать трудом. Почему же никому не захотелось поправить закон? Во-первых, за его сохранение наверняка стала бы биться насмерть южнокорейская оппозиция, ненавидящая Пхеньян и его истинных и мнимых агентов лютой ненавистью. А во-вторых, вряд ли президент Мун Джэин захотел бы дать своим критикам повод в очередной раз вдоволь поклеветать на тему о том, что он сам краснопузая сволочь и марионетка Пхеньяна. К тому же, Север в последнее время не раз откровенно обижал Муна своим дерзким агрессивным поведением и отказом рассмотреть мирные инициативы Сеула. Короче говоря, пересмотр Закона о национальной безопасности наверняка был признан несвоевременным. 

Относительно конвенций №№ 87 и 98, касающихся обеспечения прав работников на объединение в профсоюзы, оппозиция, конечно, тоже протестовала, но костьми на пути одобрения этих документов ложиться всё-таки не стала. Вместе с конвенций № 29, по поводу которой возражений ни у кого не было, все три международных документа были одобрены Национальным собранием 26 февраля. 

Самые главные изменения, которые ждут Корею в связи с ратификацией трёх конвенций МОТ и одобрением поправок в трудовое законодательство, заключаются в том, что государственные служащие, учителя и пожарные смогут теперь свободно объединяться в профсоюзы. До сих пор они такой возможности были лишены. 

Профсоюз учителей ранее существовал, но был распущен при президенте Пак Кынхе, которая теперь сидит в тюрьме за коррупцию. Истинной причиной роспуска учительского профсоюза была его идеологическая конфронтация с правительством, но юридическим поводом стал тот факт, что в профсоюзе состояли не только работающие, но и безработные учителя. После ратификации трёх вышеозначенных конвенций уволенные и неработающие граждане получили, наконец, законное право быть членами профсоюзов, а также, между прочим, проходить на территорию соответствующих компаний и организаций, чтобы — о ужас! — устраивать там протесты. Компании также будут обязаны платить зарплату освобождённым профсоюзным работникам, которых, опять-таки, наверняка станет больше, если в профсоюзах будет числиться больше членов. 

Всё это вызывает немалую тревогу у работодателей, но, что поделать, им теперь придётся привыкать к новым условиям работы и как-то налаживать мирные отношения со значительно усилившимися профсоюзными организациями.

Кстати, вы можете следить за важнейшими корейскими новостями, подписавшись на мой канал в Телеграме, Инстаграме,  Фейсбуке,  Твиттере или на Яндекс.Дзене.

Добавить комментарий